Материалы

Надоело жить на пороховой бочке

СМИ: "Знамя труда"
08.10.2014

В августе в Ребриху прибыла семья вынужденных переселенцев из Украины. И даже не из объятых войной Донецкой и Луганской областей, а из внешне мирного Николаева.

Встретиться хоть с кем-то из семьи Миженных оказалось не так-то просто. С утра они в территориальном пункте миграционной службы, а через час уже по дороге в Барнаул. Назавтра все повторяется как под копирку - старшие члены семьи либо снова в миграционной службе или опять в аналогичной структуре в краевом центре. Наконец, Светлану Геннадьевну Миженную удалось перехватить буквально по дороге на рынок, куда они с младшей дочерью Настей спешили, чтобы добрать необходимый комплект тетрадей, ручек, карандашей и прочее для школы.

Немного истории. Семья Миженных из пяти человек прибыла к нам из Николаевской области Украины в статусе вынужденных переселенцев. Но как минимум для троих членов семьи бегство от гонений на русских отнюдь не стало откровением. В 1996 году Алексей Николаевич, Светлана Геннадьевна и только что родившийся сын Иван вот так же бежали из Павлодара (Казахстан), тоже почти сплошь руссконаселенного, когда там начались волнения. Они выбрали Украину, а родители супруга через три года терпения перебрались на постоянное место жительства в Ребриху.

Однако восемнадцать лет жизни на Украине, похоже, счастья Миженным не принесли, и события в Донецке и Луганске послужили лишь толчком к тому, чтобы начать паковать чемоданы.

Нас могли заставить воевать

- Светлана Геннадьевна, как хотите, но первый вопрос будет таким - что стало главной побудительной причиной, заставившей вашу семью, прямо скажем, бежать из Украины?

- Если честно, уехать именно в Россию мы помышляли уже не первый год. Ну да, знаете, как у нас, русских, пока гром не грянет… В общем, последней каплей нашего терпения стала в очередной раз объявленная повальная мобилизация в украинскую армию. А моему сыну еще в январе исполнилось восемнадцать лет, я и так каждый день сидела, как на иголках. Да и муж в свое время закончил военную кафедру в институте, а на возраст призывников, как вы понимаете, в Украине сегодня особого внимания не обращают. Я уже не говорю о том, что наше желание уехать в Россию постоянно подогревалось рассказами матерей, чьих сыновей уже «призвали послужить Родине».

- Вы имеете в виду ребят, призванных в украинскую армию?

- Ну, не в ополчение же. Кстати, нас там, в Николаеве, просто бесили слова «террористы», «сепаратисты» и т.п., которыми обзывали украинские СМИ воюющих на Донбассе. Но если честно, как мы радовались тому, что в каком-то населенном пункте украинским солдатам досталось, что называется, по-мусалам: «Наши бьют». Это вовсе не говорит о моем плохом отношении ко всем украинцам, хотя…

С одной коренной украинкой я дружила, считай, двадцать лет, пока не возник этот хаос. Так вот она целиком стала на сторону тех, кто вопит: «Кто не скачет, тот москаль», и нашей дружбе пришел конец. Хотя нет, это произошло после того, как она сказала, что если русским не нравится, что здесь происходит, пусть собирают чемоданы и уматывают к себе домой.

А что до призывников… Вы знаете, я лично знала не одну мать, у которой ребенка выдернули из дома, а через несколько дней кто-то из них уже получил похоронку. И это при том, заметьте, что потери украинской армии фактически не озвучиваются. Но если только у моих ближайших соседей столько погибших детей, то что говорить об общей ситуации на этой непонятной войне.

- Кстати, люди бегут в основном из Донецкой и Луганской областей, где кипит война. Вы из Николаева, который от Донбасса отделяют Херсонская и Одесская области, и, вроде, нет никакой предпосылки, что ужас войны докатится и до вас.

- Я уже сказала, что война даже у дальних соседей в любой момент могла оказаться нашей личной - если бы в армию призвали сына, а может, и супруга. Между прочим, в связи с этими событиями на Донбассе даже коренные украинцы в Николаеве криком кричат сегодня, что надо тикать (бежать) из этой страны. И, думаю, если война скоро не закончится, кое-кто из них точно последует нашему примеру.

А что до того, докатится до нас война или нет… У нас в Николаеве ведь тоже было не совсем тихо. И военная техника, и вертолеты над головой. Или, скажем, события, когда молодые ребята с нашей улицы Попеля, примерно одногодки моего сына, собирались вместе, чтобы отстоять памятники. Против взрослых дядей им пришлось, правда, непросто. В результате из доброго десятка памятников еще советской поры остались два, установленные Ольшанцам*.

Мы словно здесь жили всегда

- Уезжая, вы оставили в Николаеве работу, друзей, квартиру, наконец. Кстати, продать ее удалось выгодно или так себе?

- Мы приехали в Россию всего с четырьмя большими сумками, набитыми личными вещами, в основном, наших детей. А о продаже квартиры и речи не шло - у нас ее просто не было. Мы успели пожить в Полтавской области и под Киевом, и в Николаевской области, с супругом не сидели без дела, но на квартиру так и не накопили.

Если я работала рядом с домом, то муж колесил по стройкам Украины. А последние три года мы его и вовсе видели, что называется, от случая к случаю - он постоянно находился на заработках в Саратове, Рязани, Москве - иначе нам бы просто не на что было существовать.

Несколько раз нас буквально разводили, извините за такие слова. Это когда мы снимали домик с условием его последующего выкупа, за два-три года проводили там капитальный ремонт, после чего нас вежливо просили освободить помещение.

- До Алтая вы добрались без приключений?

- Старшего сына мы еще прежде отправили в Ребриху, да и сами когда ехали, всем и всюду говорили, что только в гости. Честно, за супруга было страшно. Думаем, если узнают, что покидаем страну навсегда, постараются учинить нам какие-то козни - оставить его чуть-чуть повоевать, например. Да и багаж у нас был такой, что на беженцев мы не совсем походили. В общем, если не считать того, что дорога заняла пять дней, в остальном все прошло достаточно гладко.

- Вас не удивило, что о событиях на Украине в выпусках новостей в России передают в первую очередь? И, кстати, насколько сообщения о событиях на Донбассе российских корреспондентов разнятся с тем, как об этом вещают украинские телеканалы?

- Скажу сразу: украинскому ТВ мы перестали верить на второй день после начала известных событий. Поэтому правду с фронта смотрели по спутниковому телевидению российских телеканалов, естественно. А то, что подача новостей теми и другими разнились как небо и земля, думаю, и вам хорошо известно.

А что до моего удивления… Думаю, по-другому просто и быть не могло. Когда такая беда происходит с братским народом, говорить об этом нужно в первую очередь.

- В Украине, вроде, объявлено перемирие. Не жалеете сегодня, что поторопились сорваться с насиженного места?

- Что-то мне подсказывает, что мир там установился ненадолго. Да и трудно назвать миром ситуацию, когда противоборствующие стороны говорят о войне. Нет, мы сделали правильный выбор, и жизнь наша постепенно входит в спокойное русло. На душе лишь неспокойно от того, что там остались мои родители, сестра с мужем, семья племянницы. Очень хочется, чтобы и для них наступили спокойные времена.

- Работа для старших членов семьи, школа для младших. А что, к слову, насчет службы в российской армии говорит вам старший сын призывного возраста?

- Когда мы станем полноправными гражданами России, тогда, наверное, об этом будет правильнее говорить. Если он окажется годен к службе по состоянию здоровья и, не знаю, каким-то другим требованиям, то проблем, думаю, не возникнет.

- Какой вопрос, на ваш взгляд, я вам должен был еще задать в обязательном порядке?

- Наверно, довольны ли мы своей жизнью в России. Так вот, встретили нас здесь прекрасно, а такого обходительного отношения в Украине мы не встречали вовсе. Хочется думать, что люди так к нам относятся не по чьему-то приказу, а просто они ценят человеческие отношения.

Беседовал А. СТРИКУНОВ

* - Десант Ольшанского - десантная операция, проведенная 384-м отдельным батальоном морской пехоты 26 марта 1944 года в порту города Николаева. 


Возврат к списку